Здесь сердца замирают и разгоняются в ритме танго, Астор Пьяццолла пишет музыку к стихам Борхеса, а дикий ангел Орейро делит лавры с Эвой Перон. Конкистадоры искали драгоценные горы и нашли их — но не в звоне монет, а в мощи необъятных ледников Патагонии. Их вздыбленные замерзшие поля простираются на сотни километров, уступая масштабом лишь льдам Антарктиды и Гренландии.
Всего в полутора часах полета от этой застывшей пустоши начинается «пылающий» архипелаг Огненная Земля, где находится самый южный город планеты — Ушуая. Вечная столица Аргентины, Буэнос-Айрес, заслуживает отдельной истории, но путешествие заведет нас дальше: к атлантическому побережью, царству пингвинов и китов и природным святыням страны на краю света.
Трекинг в Патагонии: тропами великанов
Пять веков назад участники Магеллановой авантюры встали в устье реки Санта-Крус. Здесь, утомленные долгим плаваньем, разногласиями и студеными апрельскими штормами, они решили перезимовать.
В аборигенах, населяющих эти земли, мореходам почудились большеногие гиганты. Индейцы теуэльче действительно были выше испанцев на пару голов и спасались от холода, обматывая стопы шкурами гуанако, набитыми сеном. Так с легкой руки гостей земля между Чили и Аргентиной стала Патагонией (от португальского pata gao — большая нога).
Эти территории до сих пор безлюдны (плотность населения — два человека на квадратный километр), всё так же нетронуты и первородны, но зато куда доступнее, чем в эпоху Магеллана. Чтобы сюда попасть, даже виза не нужна, только авиабилет до Буэнос-Айреса и наши подсказки.
Аргентина — одна из безвизовых стран, доступных для путешественников из России. О том, куда еще можно попасть без визы, читайте здесь.
Путешествовать по Патагонии комфортнее летом. В Южном полушарии оно начинается с 21 декабря. Но стоит учесть, что погода Южного Патагонского ледникового плато презирает календарь, и сутки порой вмещают все сезоны.
Первая часть маршрута к звенящим льдом и ветрами далям проходит по национальному парку «Лос-Гласьярес». Удобные тропы с видами на зубцы Фицроя и Серро-Торре располагают к неспешному созерцанию. Здесь невозможно не останавливаться, чтобы насмотреться.
Вечнозеленые магеллановы леса напоминают лабиринты фавна или просторы Средиземья. Мощные нотофагусы с закрученными непогодой стволами подступают к висячему леднику Пьедрас-Бланкас, яркость которого усиливают высушенные добела ветровалы. А в одноименное озеро срывается на первый взгляд неподвижный лазурный водопад.
Оттуда рукой подать до озера Трёх — Лагуна-де-лос-Трес — лучшей смотровой площадки с видом на местные горы. Каменная чаша с бирюзовой водой в окружении острых вершин зачаровывает. Оказавшись здесь, каждый ставит путешествие по Патагонии в разряд самых-самых. А это только начало.
Лагуна-де-лос-Трес
Иглы, башни и вулкан
Силуэты хребтов Фицрой и Серро-Торре станут видны издалека — по дороге к стартовой деревушке Эль-Чальтен. Их пики, подобно когтистым кондорам, цепко удерживают облака. Индейцы прозвали самую узнаваемую из вершин дымящейся горой, на языке теуэльче — Чальтель, а исследователь земель, аргентинец Перито Морено, увековечил в ее названии Роберта Фицроя. Этот английский капитан изучал побережье вместе с Дарвином, но спорил с его теорией: считал науку божьим промыслом.
На вершину Фицроя поднимаются только опытные альпинисты. Отвесные гладкие стены, сильный ветер, внезапные снегопады и непредсказуемая пелена облаков, которая то полностью скрывает острые вершины, то превращается в легкую дымку, затрудняют восхождение.
Левее вздымается Серро-Поинсенот. Горная группа, к которой он принадлежит, образует один из крупнейших нунатаков — вершин, окруженных ледяным полем. Почти вертикальные стены Поинсенота иглой вонзаются в небо. Но не вертикаль, а разлив реки Фицрой навсегда остановил французского альпиниста Жака Пуансено на пути к пику.
Соседнюю «башню» участники одной из экспедиций назвали Рафаэль Хуарес в память о юном скалолазе из Кордовы. А пик Экзюпери напоминает, как до рождения принца летчик возил над Андами авиапочту и искал пропавшего там друга.
Красоту гор из комплекса Серро-Торре в полной мере можно оценить с видовой точки Маэстри. Здесь, как и в кемпингах, безбоязненно разгуливают серые зорро. В национальном парке то и дело попадаются объявления с просьбой не кормить этих любопытных южноамериканских лисиц.
Дорога к Маэстри подобна аэротрубе: сквозняк выносит путника к озеру Лагуна-Торре. Оно выглядит как великанская плошка какао с маршмеллоу из отколовшихся от ледника кусков. Врата с архипелагом островков, по фарватеру которых мини-айсберги дрейфуют в озеро, и есть гора Серро-Торре, получившая титул королевы Патагонии. Ее сравнительно небольшая высота обманчива. К вершине ведет невероятно сложный подъём, осилить который способен далеко не каждый опытный альпинист.
Увидеть главные горы аргентинской Патагонии можно с нами.
Озеро Лагуна-Торре
Озёра Патагонии: фамильные драгоценности Аргентины
По дороге к башням Серро-Торре лежат озёра Мадре, Иха и Ньета. Они напоминают три поколения семьи: величественную мать, взрослую дочь и маленькую внучку. Озёра Мать и Дочь прозрачны, одеты в бирюзу и разделены мореной с танцующим лесом. Пляж Лагуна-Мадре, усыпанный мелкой цветной галькой, прячется в стороне от тропы, а дочерний ближе, хоть и скромнее. Прямо у Ихи под боком приютилась Ньета — неприметная застенчивая малышка.
Путь к ледяной короне Аргентины украшен двумя изумрудами прихотливой огранки. Если смотреть на озёра Вьедма и Архентино с высоты птичьего полета, их силуэты напоминают рога подковы с центром, закованным ледниками Вьедма и Упсала. Между озерами есть связь: Вьедма шлет весточки Архентино с водами реки Леоны.
Обильные осадки в Андах — грандиозная фабрика льда, питающая водоемы. Ненасытное Архентино нижним рукавом загребает влагу из запасов знаменитого Перито-Морено, попутно отламывая айсберги. На южном берегу этого самого глубокого озера в Патагонии расположился городок Эль-Калафате. Его набережная выходит к мелководной бухте, где не искупаешься даже летом — слишком холодно. Зато зимой, когда встает лед, там открывается большой каток. Один из самых необычных в мире.
В этой истории мы собрали самые красивые озёра Патагонии. Будем отдыхать на их берегах, согреваясь горячим мате.
Лед идет
Сороковые широты Южного полушария зовутся ревущими из-за ветров, которые с ураганной скоростью мчатся вокруг полюса. Путь им преграждают только Патагония и Огненная Земля. Влажные ветры загоняют тучные стада осадков в ловушку между цепями Анд, и в тектонической впадине формируются ледники.
Основная масса льда приходится на два гигантских поля общей площадью 17 000 квадратных километров — это больше, чем вся Черногория или Ямайка. Толщина ледяного панциря достигает 1400 метров. Основной его объем создают выводные ледники, самые эффектные и привлекательные для путешественников.
Известнейший ледник планеты, Перито-Морено, как раз из таких. Эти грандиозные 250 квадратных километров льда, на которых без труда мог бы разместиться Буэнос-Айрес, получили свое название в честь ученого Франсиско Морено, аргентинского политика и исследователя Патагонии.
Язык ледника растет со скоростью два метра в день, но, тая, отступает примерно на столько же. В результате он уже почти век топчется на месте, создавая иллюзию покоя. Но порой Перито-Морено ускоряется, и бесконечные тонны айсбергов устремляются к противоположному берегу озера Архентино, разделяя его дамбой. Когда не имеющая стока южная часть поднимается до 30 метров над основным уровнем, вода пробивает в плотине тоннель и ледяная арка рушится. Белые ходоки, карлики и гиганты тают, тонут и со временем уходят в небо, чтобы с дождями и снегом вернуться в Анды.
Перито-Морено — древний исполин, рожденный на излете последнего оледенения 30 тысяч лет назад. Его возраст выдает насыщенный цвет: чем лед старше, тем синее. Высота надводной части ледяного старца в среднем 60 метров, подводной — за сотню. Ощутить его мощь можно по-разному: прогуляться по специальным дорожкам с видом на изрезанное ветром снежное плато или подойти к бело-голубой стене на лодке. Но для полной картины впечатления лучше сравнить.
Ученым, к слову, удобнее наблюдать за ледниками поменьше. Казалось бы, висячий Пьедрас-Бланкас — идеальный кандидат для изучения: он спускается прямо со стены Фицроя и максимально доступен, однако науке так и не дался. Слишком много трещин, а скорость движения льда иногда достигает четырех метров в сутки. Поэтому смотреть на откалывающиеся от него айсберги съезжаются туристы, а гляциологи изучают соседний карово-долинный Де-лос-Трес. Его и включили в глобальную базу Всемирной службы мониторинга ледников первым среди аргентинских.
Под вершиной Серро-Торре есть озеро, рожденное мощным шипастым ледником. Каскады спрессованной перемороженной тысячелетиями воды интересно наблюдать с разных ракурсов. Правда, вершины ледника не видно: она скрывается в далеком ущелье с дурной славой осиного гнезда лютых патагонских ветров.
Насмотревшись на сокровища «Лос-Гласьяреса», с его многоликими горами, покрытыми снегом и льдом, отправимся в заповедник «Патагония Асуль». Из сини леденящей в океанскую.
Побережье Атлантики: к пингвинам и китам
Биосферный заповедник «Патагония Асуль» — вторая часть нашей истории. Это совсем другая, пока еще не раскрытая массовым туристом Патагония. Чтобы сюда попасть, нужно прилететь в Трелью, к побережью провинции Чубут — Мекке морских биологов и редких отважных серферов. Здесь нет ни указателей, ни городов, ни устойчивой мобильной связи. Только просторы океана и степей.
Эта земля помнит первую провалившуюся попытку европейской колонизации Патагонии — недолговечный Пуэрто-де-лос-Леонес, основанный в 1535 году. Сейчас люди здесь скорее приложение к флоре и фауне. Защищает природу, расширяя и объединяя заповедные земли, организация Rewilding Argentina.
Новорожденная «Патагония Асуль» раскинулась на три миллиона гектаров, охватывающих степи и океан. Прибрежная зона стала домом для множества животных. По степи разгуливают страусы нанду. Они мельче африканских, но летать всё равно не умеют. Их шеи покрыты перьями, а под крыльями прячутся когти, которыми эти сухопутные птицы защищаются от хищников. Часто среди страусов можно увидеть гуанако — маленьких предков одомашненной ламы. В таких смешанных стадах животным удается совместными усилиями предвосхищать нападение хорьков и серых лисиц.
На мысе Дос-Баяс кипит жизнь. Его облюбовала огромная колония магеллановых пингвинов. Хоть они и отменные пловцы, изобилие врагов в пучинах заставляет медлить с погружением. Морские львы и котики патрулируют мелководье в ожидании добычи. Пингвины подолгу не решаются войти в воду, пока не найдется первый смельчак — голод не тетка! Ныряют не все: пока одни охотятся, другие сторожат гнезда, защищая яйца и птенцов от поморников и чаек.
Шуму прибоя в «Патагонии Асуль» подпевают стаи крачек, над седой равниной моря молча реют гигантские буревестники, а в период миграции здесь можно увидеть бакланов, чибисов, белогрудых песчанок и еще множество прибрежных птиц.
В аргентинских водах Атлантики водятся южные гладкие киты, белобокие дельфины и косатки. Выше шанс их встретить с мая по начало декабря. А если заняться снорклингом у скалистых берегов заповедника, вам откроется подводный мир, где живут осьминоги, крабы и множество морских звезд.
Ищем китов и наблюдаем за другими удивительными животными Патагонии в этой истории.
Epílogo
Ледники, разбивающиеся о тишину. Горы, пронзающие облака. Бескрайние степи, где гуляет ветер. Танец жизни и смерти у мыса Дос-Баяс. Увидеть Аргентину такой — дикой, безлюдной, завораживающей — можно только в Патагонии. Мы готовы помочь вам исполнить мечту. Осталось только выбрать приключение.
